Главная » Библиотека » Лиепайское общество ветеранов войны и труда » Слово активистам

Лиепайское общество ветеранов войны и труда

Так велит им голос совести

Не знать покоя, усталости не знать

 

Лиепая, 2014


 

Слово активистам

 

Георгий Степанович ТАРАБАН,

председатель Лиепайского общества ветеранов войны и труда (4 ноября 2013 года ему исполнилось 86 лет).

 

Этого подтянутого, седовласого представительного человека, всегда чисто выбритого и аккуратно постриженного можно увидеть в городе практически на всех мероприятиях, проводимых общественными культурными и национальными организациями Лиепаи, а также на многих других.

Он возглавил общество в конце 2004 года, когда скончался прежний руководитель Александр Киреевич Федоренко. С тех пор Г.С. Тарабан бессменно руководил организацией, и в 2013 году был избран председателем ЛОВВиТ уже в 10-й раз.

Люди доверяют этому требовательному человеку, хотя и винят его порой в излишней жесткости по отношению к членам общества, ведь это люди уже далеко не молодые, много выстрадавшие и порою очень больные люди. Вместе с тем они признают, что, благодаря его требовательности, неотступности, дотошности, скрупулезности организация и смогла просуществовать столько лет.

Вот, как в своих воспоминаниях отзывается о Г. Тарабане член правления Елена Кузминична Кадинова: «Хотя вступить в общество мне предложил Георгий Степанович Тарабан, который в то время был первым заместителем председателя ЛОВВиТ, все же он сначала тщательно проверил все документы. Я имею удостоверение к знаку «Житель блокадного Ленинграда» и по статусу являюсь ветераном Великой Отечественной войны (ст.18). Помимо удостоверения у меня остался и военный билет, так как по образованию я фельдшер. И только после этого я стала полноправным членом организации».

А член правления общества и председатель 4-го микрорайона Мария Васильевна Зубалевич признает: «Порою Георгий Степанович может обидеть кого-то неосторожным словом. Но потом обязательно позвонит по телефону или при следующей встрече обязательно извинится за свою несдержанность. И люди прощают ему, потому что другие руководители так не поступают. Да он очень требователен, но касается не только других, но и его самого. И излишняя жесткость его, скорее всего стремление к поддержанию дисциплины, потому что там, где ее нет, начинается хаос. Ведь, в сущности, он – человек не злой, даже обаятельный, но люди привыкли подчиняться людям сильным и строгим. И Георгий Степанович не хочет проявлять слабости. А члены общества благодарны ему (и я не раз говорила об этом при всех) за то, что он сделал нашу старость осмысленной.

Георгия Степановича можно увидеть на всех мероприятиях, которые организовывают лиепайские украинцы, потому что и сам он родом с Украины, из Сумской области. Его отец был командиром отряда Грунской милиции и в 1929 году погиб от рук банды «Маруся». Поэтому детство Гриши счастливым назвать трудно. Ему довелось много скитаться по всей Украине, ведь Вторая мировая война началась, когда он был еще совсем мальчишкой. Два года он провел в оккупации в Полтавской области. «Трудностей и переживаний хватало, ведь мы видели, как издевались немцы и их прислужники полицаи над местным населением, заставляли выполнять разные тяжелые работы», – вспоминает Г. Тарабан.

И у лиепайских белорусов Георгий Степанов также частый гость. Ведь его военные дороги пролегали и по Белоруссии. Когда немцы стали угонять молодежь в Германию, чтобы не попасться им на глаза парнишка решил податься поближе к фронту в надежде отыскать воевавшего на фронте отчима, заменившего ему родного отца. Все эти трудности и невзгоды заставили повзрослеть Г. Тарабана раньше времени. Он участвовал в подростковом возрасте в битве под Сталинградом. В июне 1944 года принимал участие в освобождении Витебска, затем Полоцка в составе 51-й гвардейской стрелковой дивизии, города Бердичев (Украина) в составе 24-й железнодорожной дивизии.

Впрочем, этим военная география для него не ограничивается. В январе 1945 года он участвовал также в освобождении Кракова.

После войны служил в армии на разных должностях. В 1951 году закончил военное авиационное училище, попасть в которое было его мечтой. А когда стране стали нужны ракетные войска стратегического назначения, его направили на переобучение. С тех пор судьба Г. Тарабана была связана с этим родом войск. Девять лет он прослужил командиром батареи, преподавал в военной школе младших специалистов, а в 1973 году в звании гвардии подполковник вышел в запас с правом ношения военной формы. За время войны и службы в армии Георгий Степанович был награжден двумя орденами и 28 медалями. (Подробнее о себе Георгий Степанович Тарабан рассказал в книге «Живая память» (Воспоминания ветеранов Второй мировой войны), изданной в Лиепае в 2007 году.

Но и выйдя в запас, он не смог оставаться не у дел. Такова его неугомонная натура. «Сначала я преподавал военное дело в одной из районных школ, затем работал в Лиепайском Доме офицеров флота, Там я возглавлял совет ветеранов и отвечал за музей Боевой Славы. А Вячеслав Владимирович Шеин (умер в 1994 году) и Александр Самуилович Лащевский (умер в 2008 году) были активными руководителями Общественной организации ветеранов войны и военных пенсионеров города Лиепая и Лиепайского района, в котором состоял и я. 31 апреля 1994 года Дом офицеров флота прекратил свое существование. А я продолжил работу в организации на общественных началах. В 1997 году организация была перерегистрирована, как Лиепайское общество ветеранов войны и труда. И большинство членов прежней организации пожелало стать членами ЛОВВиТ.

 

Елена Кузьминична КАДИНОВА

 

Летом 2014 года исполнится 10 лет, как я являюсь членом Лиепайского общества ветеранов войны и труда, вступить в которое мне предложил первый заместитель председателя ЛОВВиТ Георгий Степанович Тарабан. В то время, в 2003 году, я состояла в Лиепайском отделении Латвийского общества блокадников Ленинграда и была наслышана о Лиепайском обществе ветеранов войны и труда, поэтому сочла за честь для себя стать членом этой организации.

Каким я тогда увидела общество?

Безусловно, организованным. В нем тогда состояло более 500 человек, Согласно регламенту, общество подразделялось на семь микрорайонов - по месту жительства ветеранов. В каждом микрорайоне был свой совет, куда входило

10 – 12 активистов, а во главе каждого совета были председатели. В каждом из микрорайонов обязательно были заместители председателя, секретарь-казначей, председатель социальной бытовой комиссии.

Работой общества руководило правление ЛОВВиТ, состоящее из 9 человек. Была и ревизионная комиссия из трех человек. Вся эта структура действует и поныне.

По месту жительства я относилась к 4-му (Юго-Западному) микрорайону. Почти сразу меня привлекли к активной общественной работе в совете микрорайона. Председателем совета был ветеран войны Иван Иннокентьевич Матафонов. Социально-бытовой комиссией руководила Мария Васильевна Зубалевич. Сейчас она является председателем микрорайона, сменив на посту ушедшего из жизни Ивана Иннокентьевича Матафонова.

На ноябрьском заседании Совета 2003 года по рекомендации М. Зубалевич меня избрали секретарем-казначеем ЛОВВиТ, так я стала членом правления. Работа секретаря мне была знакома по прежней, допенсионной жизни, а казначейство пришлось осваивать практически заново. 16 октября 2004 года скончался председатель общества Александр Киреевич Федоренко. Председателем стал Георгий Степанович Тарабан.

Чем приходилось заниматься в обществе за эти годы? Согласно регламенту, один раз в месяц проходило заседание правления общества и один раз расширенное заседание совета, на котором присутствовали все члены советов микрорайонов, то есть 28 человек, и все правление (еще 9 человек).

За 10 лет этот порядок практически никогда не нарушался. Конечно, люди болели, но вместо них на заседания приходили другие активисты из микрорайонов.

Таким образом, все всегда были в курсе дел и жизни ветеранов.

В мои обязанности, как секретаря, входило оповещение актива, своевременное оформление финансовых документов, подготовка документов на вручение юбилейных медалей ветеранам, праздничных подарков и многое другое. Сбоев в работе не было, все делалось своевременно.

За эти годы очень много ветеранов ушло из жизни. Навсегда останутся в памяти члены совета 6-го микрорайона Кузьма Петрович Васильев, Вера Матвеевна Андронова, Лидия Сергеевна Дрешлюк, в 3-м микрорайоне Василий Яковлевич Ерощенко, Николай Иванович Еремин, Галина Леонидовна Жукова, во 2-м микрорайоне – Михаил Федорович Морозов, Нина Дмитриевна Пенязь, в 7-м микрорайоне – Софья Федоровна Бохеник, Валентина Михайловна Сотникова и многие другие, благодаря заботам которых уже 20 лет держится ветеранская организация. В течение всех этих лет в общество вступали новые члены, организация пополнялась, жизнь продолжалась.

Этой жизнью я прожила 10 лет, встречалась с ветеранами, поздравляла в торжественные для них дни, а также провожала в последний путь.

Что дало общество ветеранов лично для меня? Я всех пропустила через свое сердце, никогда ни к кому не относилась равнодушно, никого не оставила без внимания. Я перед ними преклоняюсь.

Отдельно хочется сказать о Георгии Степановиче Тарабане – председателе общества ветеранов войны и труда. Во многом только, благодаря ему, его силе воле, преданности делу, общество живет активной жизнью.

 

Вас остается все меньше и меньше

На этой прекрасной Земле.

И надо считать вам год за три,

Как было в прошедшей войне.

Вы - тесная связь поколений,

И, чтоб не прервалась она,

Теперь уж военные дети

Надели свои ордена.

Но просим мы все, ради Бога,

Подольше побудьте средь нас.

Поверьте, сильнее мы духом,

Когда оглянемся на вас.

 

Мария Васильевна ЗУБАЛЕВИЧ,

председатель 4-го микрорайона

 

С Марией Васильевной Зубалевич я знакома еще со школьной скамьи. Она преподавала химию, но запомнилась мне она не только любовью к своему делу, не просто как хороший преподаватель, а как большой души человек. Такой она остается и до сих пор. Во время нашей очередной беседы она призналась: «Это школа дала мне посыл, научила меня ладить с людьми, держаться в обществе. Научила обращать внимание не на фамилию и внешность, а видеть самого человека, его боль».

Мария Васильевна Зубалевич (в девичестве Яковлева) родилась в 1931 году в Воронежской области, а выросла на Кубани. Станица Казанская, где они жили, оказалась в оккупации. Но не в самом начале войны, а позднее. О приближении немцев мы узнали майским днем. В школе шел урок естествознания. Как вдруг на улице раздался страшный вой самолетов и два ужасных взрыва. Так закончился этот учебный год. Перед приходом немцев 11-летнюю Марию вместе со знакомой семьей на телеге со скарбом попытались эвакуировать. Но немцы уже отрезали все пути, и пришлось вернуться назад. «Мама задержалась в селе, так как она работала в магазине, и ей надо было успеть сдать выручку. А потом также попыталась эвакуироваться, но ей это не удалось. Когда она вернулась, в станице уже хозяйничали полицаи и казаки. Они вызвали маму (та была беременна) и стали требовать у нее деньги, не веря, что она успела их сдать. Допрашивали очень долго. И все это время я бродила под окнами, переживая за маму, – вспоминает Мария Васильевна. – Но ее все же отпустили, видно, кто-то все же подтвердил, что денег у нее нет. Немцы выгнали нас из квартиры, где мы жили, и пришлось ютиться в курятнике. Правда, кур там уже не было. Их всех переловили немцы. И цыплят, что покрупнее, тоже. Оставались лишь самые маленькие, величиной с воробьев. Поскольку есть было нечего, то пришлось их сварить.

Оккупация продолжалась восемь месяцев. После освобождения города Кропоткин, было это зимой 1943 года, состоялось перезахоронение останков моего дяди – Ильи Андреевича Ганагина. Он был первым секретарем, работал в подполье, но его кто-то выдал, подполье разгромили, а дядю убили».

Потом М. Зубалевич училась в городе Кропоткин. Очень переживала, что школу закончила не с золотой медалью, а с двумя четверками. Поступила в Ростовский университет на химфак, а после окончания по распределению отправилась на Дальний Восток в город Свободный (неподалеку от Благовещенска). Там она проработала четыре года, познакомилась со своим будущим мужем, вышла замуж, родила сына. Граница с Китаем находилась очень близко, как-то, они работали осенью на картофельном поле на берегу Амура, а на другом берегу китайцы издевались над ними. Затем муж поступил в академию в Калинине, и семья переехала туда. Родившаяся там дочь Галина сейчас работает в Венесуэле переводчиком. Мужа после окончания академии перевели в Лиепаю, и семья перебралась в город под липами. Работала учителем сначала в вечерней железнодорожной школе, потом в Лиепайской 2-й средней школе им. А.С. Пушкина, а в 1986 году, после рождения внучки, вышла на пенсию.

«В жизни мне пришлось делать выбор между работой химика (в Калинине я восемь лет проработала в лаборатории Торфяного института) и учителя. Последнее победило. И могу признаться, что приобретенные за время работы учителем навыки и знания мне пригодились в жизни больше, – говорит Мария Васильевна. – Школа сделала меня сильной. Из беспомощной школьницы, которую было легко обидеть, я превратилась в женщину, которая может постоять за себя, да и за других. И в своей нынешней работе я стараюсь больше узнать о каждом, понять его и, по мере возможности, помочь, научить наших женщин вести себя так, чтобы другие их не подавляли. Да. Это очень трудно. Мне не раз говорили: «Брось. Ты слишком близко все принимаешь сердцу. Но чем-то надо себя занять».

Стараясь понять, что движет ею и другими ветеранами, которые уже далеко не молоды (Марии Васильевне 82 года) я прошу М. Зубалевич рассказать о себе. И она охотно начинает свой рассказ, но при этом в ее повествование постоянно вовлекались все новые и новые действующие лица – ветераны из ее микрорайона или из общества.

«Да, – признается Мария Васильевна, – в нашей работе приходится полностью погружаться в мир ветеранов. Я очень хорошо знаю каждого члена общества, кто живет в нашем микрорайоне.

Многих, очень многих уже нет. Они похоронены на разных кладбищах в городе. У нас в обществе есть традиция – 8 и 9 мая возлагать цветы к памятникам, на братских могилах и на могилах неизвестных солдат. Но с некоторых пор я обхожу кладбища и возлагаю цветы к тем членам нашего общества, которые ушли в Вечность. Побудили к этому однажды при возложении цветов к памятнику сказанные вслух дочерью одного из наших бывших товарищей слова: «Хоть бы кто цветочек положил на могилу моего отца». С тех пор и обхожу кладбища, отыскивая могилы наших ветеранов. Правда, за это время только от одного человека услышала слова благодарности, зато так на душе стало приятно.

У нас в обществе замечательные люди. Но со временем они все больше нуждаются в уходе и не только. За многими есть кому ухаживать, но этого недостаточно. Им нужно также поговорить с кем-то, просто, по-человечески. Одни нуждаются в утешении, а другие готовы сами помогать другим.

Взять, к примеру, Анну Михайловну Забокрицкую, кавалера ордена Отечественной войны и обладательницу девяти медалей, которая по комсомольскому набору в 1942 году пошла служить в армию. Служила на Дальнем Востоке, мобилизовалась в 1945 году. Тогда же вышла замуж и вместе с мужем прожила счастливых 55 лет. Единственной отрадой для нее осталась дочь Тамара. Но так случилось, что одновременно с 90-летним юбилеем Анны Михайловны мы отметили поминки (девять дней после смерти) любимой дочери, скончавшейся от лейкемии. Анна Михайловна очень тяжело переживала эту утрату. Придя к ней, я опустилась перед нею на колени, обняла ее, стараясь хоть немного взять ее боль на себя... А спустя два месяца умер и зять Анны Михайловны. Трудно передать всю боль и страдание этой женщины. Но в том, что теперь она порою улыбается, я ощущаю и свою заслугу.

Не стоит думать, что все старики слабые, больные, сами ничего не могут, только нуждаются в уходе и в утешении. Павлу Михайловичу Папченко досталось в этой жизни и на войне, и в мирной жизни. Он вдовец. Сейчас ему 85 лет. Из-за сахарного диабета, после травмы ноги началась гангрена и в результате нескольких операций ногу ампутировали до самого паха, а другая постепенно атрофируется из-за сахарного диабета. Поэтому передвигаться он может только в инвалидной коляске. Конечно, было всякое, но он оказался сильным мужчиной, не сдался. И помогли ему в этом наши члены общества, другие мужчины. Ему по хозяйству помогает приходящая женщина – ходит в магазин за продуктами, стирает, но еду он готовит себе сам. И когда приходишь к нему, то отдыхаешь душой. Он не жалуется и не сетует, всегда готов пошутить и подбодрить других. Мы с ним друзья», – рассказывает Мария Васильевна Зубалевич.

«Сейчас в моем районе в живых 52 ветерана Великой Отечественной войны и труда. Но было намного больше. Только совет микрорайона состоял из 13 человек. И тогда мы активно работали на уборке захоронений советских воинов. А сейчас актив из четырех человек состоит. Это Мария Ивановна Шаврова, Зоя Ефимовна Матвеева и Александр Трофимович Гущин. Ежегодно мы теряем 7 - 10 человек.

А заниматься общественной работой я стала еще до того, как было создано Лиепайское общество ветеранов войны и труда. Тогда, в начале 90-х годов, ветеранская организация существовала на ул. Дзинтару в подвале одного из домов. Руководил ею Шабанов, а еще в нее входили Берга (Шевкопляс) Лялик и другие. Мы были очень наивные в то время, думали, что многое сможем, но оказалось, что никаких возможностей у нас нет.

Так, мне дали список людей, которых надо было расспросить, узнать, какая помощь им нужна, на что они жалуются. Выяснила, что людям, живущим на пятом этаже трудно подниматься, и они хотели бы поменяться на квартиру несколькими этажами ниже. Но нам отказали. Отказали также в помощи 90-летней женщине. И пришлось мне самой ходит к ней, помогать. В то время в городе еще не была создана социальная служба. Поэтому шефство над ветеранами взяли на себя сами члены общества.

Никакой поддержки со стороны в то время не было.

В 1997 году к нам пришли Александра Викторовна Козинец и Иван Иннокентьевич Матафонов и записали в организацию.

Александра Викторовна увидела во мне активистку, и меня назначили председателем социально-бытовой комиссии при 4-м микрорайоне, а потом постепенно Матафонов, бывший в то время председателем 4-го микрорайона, переложил на меня и свои обязанности. Когда его не стало, в 2008 году меня официально назначили председателем микрорайона. Вот так и работаем», - закончила свой рассказ Мария Васильевна Зубалевич.

 

Евгения Андреевна КАЛЕНТЬЕВА (Верба)

 

Я родилась в Ленинграде в 1937 году, в рабочей семье, где было трое детей – я, брат и сестра. Мама была домохозяйкой, папа работал на заводе. В течение всей блокады мы находились в осажденном городе.

Я подробно описала это в вышедшей в 2010 году в Лиепае книге «Лиепайские ветераны о войне и не только...»

Конец войны я уже хорошо помню, ведь мне уже исполнилось восемь лет. Мы поехали в Калининскую область к маминой родне. Думали, будет ближе, чтобы вернуться в Ленинград, но опят оказались в беде: эта территория во время оккупации была полностью разрушена. Нам вновь пришлось испытать весь ужас холода и голода. Родные сами голодали. Мама сшила мне торбочку, и я ходила по деревням, вымаливая подаяния, чтобы не умереть с голоду. Потом мы перебрались в Калининградскую область. Там жила другая мамина сестра. Она прислала нам вызов, так как свободного въезда туда не было. Мы оказались в городе Полесске. Мама пошла работать дворником, чтобы получить жилье. Потом она устроилась на хлебозавод. В школу меня отдали в 9 лет. Закончив восемь классов, я по комсомольской путевке пошла работать в народный суд делопроизводителем и сразу же поступила в вечернюю школу. Среднее образование получила одновременно со своими бывшими одноклассниками, с которыми училась по 8-й класс. После совершеннолетия судья перевела меня на должность секретаря судебного заседания.

Я была домоседкой, на танцы не ходила, хотя подружки звали. Однажды они все же уговорили меня пойти в Дом офицеров на танцы. Там я познакомилась с молодым лейтенантом, завязалась дружба, которая потом переросла в любовь.

Через восемь месяцев мы поженились, а через год родился сын. В Калининграде был открыт филиал юридического факультета. Я поступила туда, год проучилась, а потом мужа перевели сначала в Белоруссию, затем в Литву, Латвию.

Я взяла академический отпуск. Когда приехали в Вайнеде, то я поступила в Лиепайский пединститут, пошла работать в детсад воспитателем. Детсад был поселковый с латышскими и русскими группами. Я проработала там много лет. Позднее меня назначили заведующей.

И в поселковый совет избирали депутатом. В Вайнеде сын окончил среднюю школу, поступил в Даугавпилсское высшее инженерное училище, женился, у них родился сын, а потом они уехали в Туркмению. Там на свет появилась дочь.

С 1980 года мы стали жить в Лиепае. Я работала заведующей в круглосуточном детском саду, открывала новый детсад на 12 групп в Эзеркрасте. А в последние годы перед уходом на пенсию работала инспектором ГОРОНО (городского отдела народного образования). На эту должность утверждало Министерство народного образования Латвийской ССР. За успехи в деле воспитания подрастающего поколения и общественную работу неоднократно поощрялась грамотами горсовета и горкома партии, есть даже грамота Министерства народного образования Латвийской ССР.

Мы с мужем счастливо прожили 47 лет. Он ушел в мир иной в 2004 году.

В 2007 году я вступила в Лиепайское общество ветеранов войны и труда. Привели меня туда горе и тоска по мужу. Я решила, что должна быть среди людей и оказывать посильную помощь тем, кому, может быть, еще труднее и тяжелее. Работала секретарем во 2-м микрорайоне, а с 2010 года являюсь председателем Совета этого микрорайона. Я познакомилась со всеми ветеранами и их родными. Это вернуло меня к жизни, я почувствовала себя нужной людям. Мы общаемся не только по телефону, но и встречаемся, беседуем, посещаем мероприятия, поздравляем друг друга с днем рождения, с юбилеями, помогаем решать вопросы, возникающие у ветеранов, поздравляем их с праздниками, а если наступают скорбные дни, мы, вместе с родными, провожаем ветераном в последний путь.

А закончить хочется на оптимистичной ноте: мои внуки Вадим и Юлия выросли, получили высшее образование, у меня уже появился правнук. Дети не забывают меня, часто звонят, приезжают. Сын зовет к себе, но я отказываюсь – не могу бросить могилу близкого мне человека. Боль утихла, но не покинула меня. Она навсегда в моем сердце.

 

Надежда Петровна БОГДАНОВА

 

Когда началась война, мне было 11 лет. Мы жили в Свердловской области в большом селе. Семья у нас была большая – одиннадцать детей.

В первые дни войны на фронт ушли четыре брата, один из них, младший – добровольно.

Ушли на фронт также мужья двух старших сестер. Шестеро мужчин из оной семьи.

Отцу предложили стать председателем колхоза. По возрасту он не подходил даже на трудовой фронт. В колхоз объединили пять деревень.

Дома мы отца почти не видели. Он уезжал верхом на лошади с рассветом, а возвращался ночью. Я, как и другие дети, моего возраста, сразу стала работать наравне со взрослыми. В основном мы были заняты на полевых работах. Нормы выполняли и перевыполняли. На работу отправлялись на восходе солнца, возвращались в сумерках. Спали мало, питались впроголодь.

Не хватало зерна, овощей, мясных продуктов – все отправлялось на фронт. Один раз мне дали премию за постоянное перевыполнение нормы. Премией оказалась живой маленький поросенок. Как сейчас, помню, как несла его в мешке за плечами, а он визжал и больно бил копытцами в спину. Поросенка зарезали, засолили, и потом мама по маленькому кусочку добавляла в супы, кулеши, стараясь, чтобы хватило как можно на более долгое время. Так проходило лето за летом.

Зимой была учебы в школе днем, а долгими зимними вечерами мы с мамой вязали шерстяные носки и перчатки для солдат. Мама научила меня прясть веретеном нитки из шерсти. Папа делал ящички для посылок, и мы постоянно отправляли их на фронт.

После войны я закончила сначала школу медсестер, потому фельдшерскую школу. Работала в анестезиологическом и реанимационном отделениях, в основным, в военных госпиталях. Имею звание – лейтенант медицинской службы.

Сейчас мне 83 года. Пять лет занимаюсь общественной работой в Лиепайском обществе ветеранов войны и труда. Я – секретарь-казначей 3-го микрорайона. Работать с годами становится все труднее – сказывается возраст. Но всех своих подопечных я хорошо знаю, с каждым знакома лично. Знаю их проблемы, настроения, характеры.

Стараюсь с ними общаться, поздравляю с днем рождения обязательно лично. Приятно видеть их радость и благодарность за участие, внимание к ним. Жаль только, что их становится все меньше и меньше. Уходят наши ветераны, уходят свидетели и участники Великой Отечественной войны, которая как жернова перемалывала людские жизни.

 

Галина Михайловна СЕРГЕЕВА,

председатель ревизионной комиссии

 

Непосредственно с войной я столкнулась, когда мне было 15 лет. Мы жили в Подпорожье Ленинградской области (всего в семье было пятеро детей). В то время старший брат Евгений, 1921 г. рожд., находился на срочной службе в армии, брат Александр, 1923 г. рожд, с началом войны ушел на фронт добровольцем. В начале он был в истребительном батальоне, затем оставшихся в живых объединили с партизанским отрядом. Он погиб в 1943 году.

Старший брат был ранен, проходил лечение в госпитале, а в 1946 году вернулся, впоследствии жил в Москве.

6 сентября 1941 года объявили об эвакуации. И 7 сентября мы отправились в эвакуацию на барже. Нас было 600 человек. Чего нам только не пришлось пережить в пути: и болезни, и облеты немецких самолетов (не налеты, потому что нас не бомбили и не обстреливали с самолетов, только пугали). Однажды мы чуть не потонули, так как баржу нечаянно таранил пароход «Клим Ворошилов». За борт стали выбрасывать разные ненужные вещи, в том числе металлические кровати, чтобы уменьшился вес, но баржа не потонула, так как нам пришли на помощь и успели дотянуть баржу до берега. Нас высадили, а когда баржу отремонтировали, мы снова отправились в путь. За это время мы все переболели дизентерией. Были смерти и роды, а также многое другое. Но все же мы благополучно добрались до места назначения – Горицы в Вологодской области.

Родители с двумя младшими сестрами уехали в деревню к больному деду (по отцовской линии), а я осталась в городе Кириллове, чтобы учиться. Учились в три смены. Тетрадей не было, писали на газетах и в грифельных тетрадях. За учебу надо было платить 150 рублей в год. Я жила на частной квартире, за которую тоже надо было платить, но так как денег у меня не было, то я отрабатывала хозяйке: носила воду из колодца или с озера, присматривала за двумя козами, готовила им корм. Вскапывала огород весной и осенью, убирала в доме, стирала вручную белье хозяйки. А потом пошла работать в Кирилловское отделение госбанка, где мы работали при свете керосиновой лампы, когда не работала электростанция, а единственной нашей техникой были обычные счеты.

Работа была очень ответственная. Ведь никаких сводных данных не было, только справочники, и все приходилось делать вручную. А обслуживать надо было и личные вклады, и счета военнослужащих, которые постоянно передислоцировались. Нам, молодым, не хватало опыта, знаний, но мы все же справлялись.

Более того, многие из нас еще выполняли общественную работу. в свободное время мы разгружали баржи с военным обмундированием, приводили его в порядок и снова грузили на баржи. Приходилось работать и в лесу на заготовке дров для города, помогала я и семьям фронтовиков.

В 1943 году мы, 10 девчонок из Госбанка, по линии военкомата после работы проходили военную подготовку по ВУС – как телефонисты-связисты. После прохождения военной комиссии и признания нас годными к строевой службе, мы ожидали отправки на фронт. Но нас не отправили: вышло постановление правительства о бронировании наших должностей. Тем не менее, до конца войны мы оставались военнообязанными.

Тогда, в 1943 году, мне пришлось к тому же взять к себе сестер, чтобы они могли учиться. Они получили сначала среднее педагогическое образование, а затем и высшее, работали в Сокольском педучилище преподавателями.

9 Мая 1945 года я встретила там же, в городе Кириллов Вологодской области, где работала в бухгалтерии городского банка. Управляющая банка объявила этот день выходным. Праздник отмечали на работе. Накрыли стол. Угощения были скудными, кто что принес – вареная картошка, кислая капуста, поставили самовар; ребята-инкассаторы принесли вина. Но до сих пор этот праздник ощущаю таким, как и раньше – самым главным и счастливым!

В 1946 году я приехала в Лиепаю и поступила работать в Лиепайский горисполком. Там я работала в разных должностях и в разных отделах до февраля 1994 года, совмещая работу с общественной деятельностью. Участвовала в разборке развалин города, заготовке топлива для Лиепаи и др. После выхода на пенсию продолжила заниматься общественной работой.

В составе Лиепайского общества ветеранов войны и труда работала в социальной комиссии 6-го микрорайона, состояла в ревизионной комиссии ЛОВВиТ. Сейчас выполняю обязанности председателя ревизионной комиссии. К слову сказать, я 17 лет проработала председателем ревизионной комиссии в разных инстанциях, в том числе в горкоме, в профсоюзах, в разных госучреждениях. В ЛОВВиТ ветеранов мы делаем плановые ревизии, как в обществе в целом, так и по микрорайонам. Надо признать, что в организации работают в основном опытные люди. Это народ ответственный, понимающий. Все работают с отдачей. И хотя при смене состава новым приходится помогать советом и делом, нужно сказать, что работа находится в надежных руках.

Галина Михайловна Сергеева награждена медалями «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941-1945гг.», «За трудовое отличие» и другими наградами.

 

Валентина Ивановна ПЕТРОВА (Селезнева),

председатель 5-го микрорайона

 

– День начала Великой Отечественной войны – 22 июня – я помню очень хорошо. Мне только что исполнилось 13 лет. В тот день мои родители находились в городе Ейск. Там в авиационном училище учился мой брат, и они поехали к нему в отпуск.

Я, мои сестра и брат остались под присмотром тети. Она очень беспокоилась, что наши родители не смогут вернуться. Но все обошлось, они возвратились.

А на следующий день немцы разбомбили вокзал. Это вызвало у нас шок.

Мой отец работал машинистом на паровозе. Его сразу же мобилизовали. Папа должен был вести состав с мобилизованными. В спешном порядке нужно было вывести составы со станции Великие Луки. Это был большой железнодорожный узел – стратегический объект.

Мы не успели эвакуироваться. Ни одна ночь не проходила спокойно. Особенно тревожно было в районе железнодорожного вокзала. Немцы старались бомбить железнодорожное полотно, чтобы не выпускать составы. До сих пор стоит перед глазами та чудовищная бомбежка. Трудно сказать, сколько было самолетов, но то, что мне довелось увидеть, напоминало кромешный ад. Было очень страшно. Кругом все горело, трещало, грохало. В воздухе пыль смешалась с дымом, и было тяжело дышать. Казалось, что ничто живое уцелеть там не могло. Только к утру стихли взрывы. Утром люди отправились к месту бомбежки. Разрушения были ужасные. Составы потихоньку продолжали гореть, всюду валялись консервные банки с тушенкой. Мы собирали их. Они были черные, но в середине находилось съедобное, хотя и подгоревшее мясо. Я до сих пор помню этот вкус. Но эти консервы помогли нам некоторое время не испытывать чувства голода. Помещение вокзала было полностью завалено трупами. Рыдания и стоны слышались отовсюду.

Железнодорожники разбирали завалы. Жители города подключились к ним. Мы тоже помогали, нас уже считали подростками, и мы старались делать все, чтобы было по силам. Помогали раненым и контуженым. В городе царила очень наряженная обстановка. Доносился звук боев. Немцы стояли всего в 100 километрах от Великих Лук, а в городе оставались ополченцы и очень мало солдат. Вспоминать обо всем этом мучительно больно.

25 августа 1941 года фашистам удалось прорвать оборону и войти в город. Это был день скорби и слез. Началась жизнь в оккупации. В целях устрашения жителей на площади Ленина были установлены две виселицы. Между ними была прикреплена доска с надписью: «За неподчинение германским властям». На грудь казненных вешали таблички с указанием их фамилии и вины.

Вскоре был организован концлагерь для военнопленных. Их было очень много. Находились они под открытым небом в «Летнем саду». Местные жители подходили к проволоке, старались передать еду или найти знакомых, но охрана отгоняла их от проволоки.

Все жили в повседневном страхе, не говоря уже о голоде и холоде. Это все и без того известно. Жить в рабстве мучительно больно и страшно, но люди не теряли надежды, что этому настанет конец.

Но вот для многих жителей Великих Лук пришла беда, они получили извещения об отправке в Германию. Точной даты я уже не помню, но шел 1942 год, и на улице стояла жара.

К нашему подвалу (бывший вытрезвитель), где нас жило более 100 человек, подъехали подводы с полицаями, зачитали по списку фамилии, подлежащих к отправке, приказали взять необходимые вещи и грузиться на повозки. Набралось около 60 человек, среди которых были старики, женщины, дети. Нас повезли на вокзал, там загнали в телячьи вагоны, закрыли двери и повезли. В вагоне было очень тесно, душно. Вещи и люди размещались на полу. Больше всего страшила неизвестность, что с нами будет. Ехали очень долго. Потом была остановка на два часа (набрать воды, справить естественные нужды), было приказано далеко от вагонов не отходить. Затем поехали дальше. Но на этот раз ехали не долго. Остановились внезапно. Стоявшие на ногах от толчка упали на пол. Слышались крики и ругань немцев, беготня. Вагоны открыли, но приказали не выходить.

Это была станция Молодечно в Белоруссии, так было написано на разрушенном здании вокзала. Недавно здесь было взорвано железнодорожное полотно. Разрушение было очень сильное, рельсы изогнулись в дугу, кругом горели какие-то постройки. Людей не было видно. Стояли долго. Потом прибыли повозки, началась погрузка на них. Вещи, детей и стариков поместили на повозки, все остальные двигались за ними.

Ехали целую ночь, а потом еще сутки. Прибыли в Слуцк. Там находился концлагерь, а в нем очень много евреев. На спине у них был нашит квадрат с шестиконечной звездой.

Нас покормили. Местные жители принесли вареной картошки, огурцы, даже яйца, хлеб и сало. У нас был праздник - смогли наесться досыта. Вскоре пришел полицай, зачитал фамилии 30 человек, сказал, что нас направляют в город Копыль. Нас поселили в бараке. Мы разместились в двух больших комнатах по 15 человек. Из мебели был огромный стол, а по обе стороны тянулись двухъярусные нары.

В городе было введено осадное положение, установлен комендантский час с 20.00. После этого никто не должен был выходить из барака. Ночь прошла в тревоге, взрослые не спали, а дети есть дети, они измученные, уснули.

Когда утром вышли из барака, то увидели страшную картину: в 30 метрах от барака на столбе с перекладиной висели два человека. Мы так и не узнали, что это были за люди, но смогли предположить, что помощники полицаев, потому что их очень быстро сняли, а нас загнали обратно в барак. Ведь немцы никого ночью не вешали и не расстреливали. Они наоборот сгоняли всех на акции, что бы все видели, как они наказывают за непослушание и неподчинение немецким властям.

Потом в барак пришли полицаи и немец, которого назначили нашим хозяином. Полицай переводил. Нам сказали: «Немецкое командование предоставляет вам работу, с завтрашнего дня все трудоспособные должны будут работать на торфяном болоте. Я ваш командир. И вы должны выполнять все, что я от вас требую. Чтобы есть, надо заработать». И засмеялся.

И наши мамы (в основном в бараке находились женщины и дети, а также мужчины-инвалиды) под конвоем пошли работать на торфяное болото, а мы – просить милостыню. Ходили мы в близлежащие деревни. Там люди жили нормально, поэтому «подавали» хорошо. Так у нас появилась еда.

Однажды перед Пасхой мы – четверо детей, рано утром отправились в деревню Углы. Это в пяти километрах от города Копыль. Когда наши котомки наполнились хлебом, салом, куличами, сметаной, яйцами, которые нам подавали в деревне, мы отправились в обратный путь, и где-то на полпути решили отдохнуть и немного перекусить. Отошли от дороги в кусточки и сели. Вдруг слышим, по дороге стучат колеса, глянули из кустов и ахнули. По дороге в деревню ехали четыре повозки с пьяными, горланившими песни. А вслед за ними ехала машина с немцами. Мы, конечно, очень испугались, если бы они нас заметили, могло произойти все, что угодно. Мы долго не поднимались с земли, даже про еду забыли.

Уже стемнело, когда мы выбрались из кустов, глянули в сторону деревни, а она вся в огне. Оттуда доносятся крики о помощи. Мы долго бежали, потом пошли шагом. В бараке наши мамы плакали, не знали, где мы пропадаем так поздно. Когда мы появились и рассказали, что видели, все как-то сразу примолкли. Нам, разумеется, потом досталось от мам, но в тот момент никто не расходился.

Было, наверное, уже часов 10, а то и больше, когда на дороге послышался шум (дорога пролегала возле нашего барака). Я выглянула в окно и увидела множество подвод, нагруженных разными вещами. В одной из повозок находились два полицая, обмотанных бинтами. Поскольку был комендантский час, то мы не могли выйти из барака, а утром узнали страшную весть. Деревню Углы сожгли вместе с людьми. В газетах писали, что уничтожено гнездо партизан.

Все, о чем я рассказываю, пережито лично мною. Наверное, поэтому мы дети очень быстро повзрослели. В оккупации мы прожили полтора года, пока не увидели Красную Армию, нашу освободительницу.

А было это так. Ранним утром в Копыль пришли большие, крытые брезентом машины. Явно ощущалось – что-то произошло. Немцы и полицаи срочно грузили в машины ящики, мешки. Они очень спешили, кричали. Потом машины поехали, а полицаи и немцы стали поджигать дома, стреляли свиней и кур. Все поняли, что немцы бегут.

Когда они уехали, стали выходить люди, которые прятались во ржи или в кустарниках в 50 метрах от нашего барака. Горели дома, но наш барак не загорелся, а вот склад с зерном начал загораться от другой постройки.

Не помню уже, как это случилось, но я схватила ведро с водой и стала заливать угол склада, который еще не успел разгореться. Мама от страха за меня тоже подбежала с ведром, а потом еще несколько человек пришли на помощь, благо вода была рядом. Так мы спасли склад с зерном. Уставшие, но счастливые мы гордо стояли и обсуждали события дня. Вдруг слышим:

«Ура!» К нам бежали наши солдаты, мы бросились им навстречу, плакали от радости, обнимались, целовались. Это незабываемо...

Постепенно наша жизнь стала входить в обычное русло по законам военного времени. Прибыло руководство города, всех нас взяли на учет и вскоре предложили вернуться в Россию. На каждую семью выделили вагон, и мы поехали. Подолгу, сутками стояли на станциях, ждали, когда наши вагоны прицепят к составу и отправят дальше. Но мы не роптали, знали, что едем домой. В Великие Луки мы прибыли в начале октября. И увидели город в развалинах, даже коробок от домов не осталось. Распределили, где кого могли. Нашей семье, как семье железнодорожника, выделили мазанку.

Устроившись, подключились к разборке завалов. Работали женщины и подростки. Ведь мы считали себя уже взрослыми. Город начал возрождаться из пепла. Люди верили в возрождение и помогали, как могли. Ну, а дальше, уже другая сторона жизни, это было уже другое время, мирное.

В 2005 году Михаил Арсентьевич Потапенко пригласил меня в общество ветеранов. Он был тогда председателем 5-го микрорайона ЛОВВиТ, но по состоянию здоровья хотел отказаться от этой должности и искал себе замену.

На отчетно-выборном собрании района он заявил об отказе и представил кандидатуру А.И. Цыганковой, которая и была избрана на эту должность. Но, спустя два месяца она заболела и умерла. Снова встал вопрос о выборах председателя. Никто из присутствовавших на собрании не соглашался взять на себя руководство районом, тогда предложили мою кандидатуру. Я такого поворота событий не ожидала и даже растерялась, так как только недавно влилась в коллектив и не представляла, что за работа ожидает, справлюсь ли я с нею. Но все стали уговаривать, обещали помогать, и я согласилась.

Так в ноябре 2005 года я стала председателем 5-го микрорайона, который считался одним из неблагополучных, и на каждом совете председателя ругали. Чтобы изменить положение, нужно было работать и доказать, что этот район не хуже других.

В начале трудно было решить, с чего начать. Коллектив в основном нетрудоспособный: ветераны войны, инвалиды. 85 человек – и все они пожилые люди. Но уповать было не на кого. Как говорится, взялся за гуж, не говори, что не дюж.

Мы избрали совет из 9 человек, распределили обязанности, и постепенно дело пошло на лад. Я стала постепенно знакомиться с состоящими на учете в микрорайоне членами ЛОВВиТ. Хотелось узнать каждого лично. Тех, кто не мог приходить, посещала на дому. И уже вскоре я уже многих знала не только по фамилии, но и в лицо. Работа велась, согласно регламенту, в том числе сборы членских взносов (50 сантимов в год). Нередко приходится ходить по квартирам, так как все старые и больные люди. Но самая тяжкая обязанность – ходить на похороны ветеранов и на кладбище возлагать цветы. Зачастую это приходится делать самой, так как охотников до этого нет.

Помимо обязанностей председателя микрорайона, я выполняю еще и обязанности председателя культурно-массовой комиссии общества.

Не стоит думать, что все члены общества – старые и слабые люди, которые только и нуждаются в заботе и уходе. У многих из них еще достаточно сил и энергии. В 2008 году мы, под руководством Екатерины Петровны Цемы, создали ансамбль ветеранов «Непоседы».

 

 

К каждому Дню Победы (9 мая) мы разучиваем песни военного времени и другие, с которыми выступаем на мероприятиях перед ветеранами и школьниками, на своих концертах, а также вместе с известными в городе коллективами «Вольница», «Любава», «Павлинка», «Барвинок», и др.

Иногда посещаем театр. В общем, поем и пляшем. Стараемся как-то разнообразить жизнь ветеранов. Работы достаточно, хватило бы здоровья и сил.

В 2011 году «Непоседы» выступили» на отчетно-выборной конференции нашего общества. На портале Лиепайской русской общины по этому поводу писали:

«Приятной неожиданностью для участников конференции стало выступление художественного коллектива ЛОВВиТ «Непоседы». Душевные, лирические и залихватские песни покорили всех слушателей. Приятно было слушать, с какой гордостью ветераны поздравляют товарищей с юбилеями, как гордятся круглыми датами – 75, 80, 90 – вот уж точно «мои года – мое богатство».

Что для меня значит общество ветеранов войны и труда?

Это общение с людьми, организованность, в какой-то мере, дисциплинированность, знакомство с чем-то новым. Жить по принципу: делай сам и помогай другим!

Общество ветеранов – это хорошая поддержка для людей, прошедших страшную войну, познавших и голод, и холод, перенесших многие лишения, потерю близких.

Общество – это надежда на понимание при общении. Это опора ветеранов.

Правление общества ветеранов, в котором состою и я, работает под управлением Георгия Степановича Тарабана, всегда готово помочь в решении вопросов в рамках возможностей, разобраться в жизненных ситуациях нашего времени.

Очень хорошо, что такое общество есть в нашем городе. Здесь всегда отнесутся к вам с уважением и окажут посильную помощь.

 

Екатерина Ивановна НАЗАРОВА,

председатель социально-бытовой комиссии

 

Я вступила в ряды общества в конце декабря 2006 года. Некоторое время работала в качестве секретаря 2-го микрорайона. Принимала в ЛОВВиТ новых членов, подробно выясняя, как они жили и чем занимались до войны, об их участии в боевых действиях во время Великой Отечественной войны, о работе в тылу, а также в мирное время. Всего было принято 70 человек.

После того, как я недолгое время проработала в этой должности, меня ввели в состав правления ЛОВВиТ. По профессии я врач, поэтому мне, в основном, приходилось заниматься вопросами, связанными с медициной. Я давала советы больным, посещала их в больнице и на дому. Проводила также беседы с врачами относительно диагнозов и прогнозов после тех или иных операций, сделанных нашим ветеранам. При посещении членов общества на дому, разговаривала с ними, успокаивала, старалась настроить позитивно, вселить оптимизм и веру в выздоровление – это многого стоит. Ведь беседа с человеком не менее важна, чем таблетки или какая-либо процедура.

Когда по состоянию здоровья пост председателя социально-бытовой комиссии оставил Иван Павлович Лысаков, эти обязанности были возложены на меня.

В состав комиссии помимо меня – председателя, входят еще восемь человек. Это заместитель Анна Демьяновна Астапова, а также председатели семи микрорайонов. В обязанности членов комиссии входит:

*выявление одиноких и остронуждающихся ветеранов Великой Отечественной войны и труда, а также членов общества, находящихся на постельном режиме, и оказание им помощи;

*посещение тяжелобольных на дому и в больнице;

*оказание помощи родственникам в организации похорон;

*участие в мероприятиях по уходу за местами захоронений и содержанием их в надлежащем порядке; поздравление ветеранов с днями рождения (на снимке) и юбилеями.

 

 

В ходе этой работы приходилось помогать людям в решении бытовых вопросов. Был случай, когда нашего ветерана вместе с женой едва не переселили из двухкомнатной квартиры в другую – меньшую. В их доме все квартиры были приватизированы, за исключением именно их квартиры. Старшая дома предложила им выехать из своей квартиры в меньшую. После звонка ветерана мне пришлось искать защиты у адвоката, посещать жилищно-коммунальный отдел городской думы. Ветеран с женой – пожилые, тяжело больные люди. Они не могли сами ходить по инстанциям. Нам удалось отстоять квартиру, а ветеран с супругой прожили в ней до конца своих дней.

В обязанности членов социально-бытовой комиссии входит помощь в оформлении заявлений в консульство Российской Федерации на оказание материальной помощи и на лечение в санатории. Кроме того, члены комиссии помогают советами в решении разных вопросов.

Мне в работе очень помогает мой заместитель – Анна Демьяновна Астапова, которая работает в правлении около шести лет. Такую же работу выполняют и председатели всех микрорайонов города со своими членами социально-бытовых комиссий. Таким образом, все ветераны находятся в нашем поле зрения. Мы знаем состояния их здоровья, знаем, в каких бытовых условиях они живут, что их тревожит, беспокоит. При необходимости, мы оказываем им посильную помощь, поздравляем с днем рождения, юбилея, радуем цветами и подарками, Поздравляем также участников боевых действий во время Великой Отечественной войны, воинов, освобождавших Украину, Белоруссию, Латвию, жителей блокадного Ленинграда и т.д.

В знаменательные дни приглашаем ветеранов к памятнику защитникам Лиепаи и к братским могилам на Центральном кладбище, чтобы почтить память погибших и возложить цветы, накануне Дня Победы и непосредственно 9 мая ветераны участвуют в поездках по местам захоронений воинов в Курземском крае.

Кому-то проводимая нами работа покажется скромной, но она проводится постоянно и очень необходима, поскольку это – проявление заботы о ветеранах войны и труда. И люди знают, куда надо обратиться, если нужна наша помощь.

 

Анна Демьяновна АСТАПОВА (Велюга)

 

«Когда началась война, мне шел четырнадцатый год, и жили мы в деревне, расположенной в 20 километрах от Полоцка. Когда наши войска отступили под превосходящим натиском врага, то в окрестностях стали формироваться партизанские отряды. Окрестные жители, в том числе и мои родители, стали помогать партизанам. К началу зимы 1943 года почти все левобережье Западной Двины уже контролировали партизаны, так как здесь деревни находились рядом с лесами.

В ходе одной из немецкой операций трое немцев в деревне было убито. Все понимали, что за этим последует. И за ночь деревня опустела. Наша семья также перебралась за три километра, вглубь леса. Утром немцы обстреляли побережье и сожгли деревни. Многие сельчане тогда не досчитались своих. Не дождались и мы своего отца, который ходил в деревню, чтобы забрать кое-что из вещей. Мама осталась одна с тремя детьми. Я была старшей, затем шел пятилетний братишка и годовалая сестренка. А затем, примерно через месяц, после очередного обстрела немцами деревень погибли мама и маленькая Надя, а также дядька, у которого мы жили. Остались мы с пятилетним братом вдвоем.

К тому времени много наших родственников и односельчан ушло в партизаны, я присоединилась к ним, а братишка остался с тетками. Так с марта 1943 года началась моя партизанская жизнь. В деревне Асиповичи Ужацкого района на Полявщине разместилась гражданская больница, а потом туда стали поступать и раненые партизаны. Сначала я работала поваром, а потом выполняла и другие работы. Кормила раненых и ухаживала за ними, нередко мне приходилось стоять с лучиной, освещая помещение по время операций.

Занятая партизанами территория была большой, и немцы довольно часто бомбили, поэтому было много нуждавшихся в медицинской помощи. Тяжело раненых отправляли на Большую землю самолетами, а нам присылали или сбрасывали с самолетов на парашютах медикаменты.

Так продолжалось до апреля 1944 года, а потом немцы стали отступать. На уничтожение партизан они бросили большие силы. И нам вместе с партизанами и местным населением пришлось покинуть деревню. Наш обоз оказался в окружение, а я с подругой попала в плен к немцам. Жили мы за колючей проволокой. Нас заставляли копать траншеи для немцев, но в июле 1944 года нас освободили.

Мы объяснили, кто мы такие и откуда, и нас отвезли в госпиталь, где мы встретились с нашим доктором Рыбаковым. Нас накормили и предложили остаться, но мы отказались, тогда нам выдали справки о том, что мы из партизанской бригады Мельникова... На этом война для меня закончилась.

В последующие два года пришлось много работать. А в 1946 году перебралась в Клайпеду, где работала завербовавшаяся двоюродная сестра. Братишка находился в детском доме, куда его отдали тетки. А я стала работать на фабрике «Гулбе» старшей браковщицей. Там, в Клайпеде познакомилась с будущим мужем. Мы с ним встречались почти три года. Потому что не было где жить, а в 1950 году поженились. Он был военным, и в 1953 году его перевели служить в Приекуле. Несколько лет я не работала, так как не было для меня работы, но потом мы перебрались в Лиепаю, и в 1962 году я устроилась на «Машзавод» маляром, где и проработала 20 лет. С мужем мы вырастили дочь, которая подарила нам двух внучек. В 1990 году мой муж, который прослужил 33 года, умер. Сама я перед этим тяжело заболела, были проблемы с позвоночником после того, как я упала. Но все же сумела выкарабкаться. Такой уж у меня характер, не привыкла я к тому, что люди мне помогают, чаще я стараюсь всем быть нужной. Мне некогда скучать. Я не жду, когда кто-то придет ко мне, а сама иду к людям и помогаю им. Вот так и занимаюсь общественной деятельностью.

В общество ветеранов войны и труда я вступила в 2000 году. А произошло это так, пришел ко мне Георгий Степанович Тарабан, видно ему рассказали обо мне и о моем муже. Он записал мои данные и пригласил в общество. Тогда председателем 1-го микрорайона была Гришина Нина Григорьевна, с нею мы и стали работать.

Я в основном занималась социальными вопросами. Мы навещали больных на дому, и в больнице тоже, ходили на похороны, когда умирал кто-то из членов общества. Это нелегкая обязанность, но всегда представители общества присутствуют в этот скорбный момент, отдавая дань памяти и уважения. Эта работа меня не тяготит, потому что мне нравится быть востребованной, осознавать, что кто-то нуждается в моей помощи, даже сейчас, в мои годы, а ведь 7 декабря мне исполнилось 76 лет. А помогает справляться сознание, что кому-то может быть намного хуже. Как, например, Зинаиде Пахловой, которая вот уже два года прикована к постели. И, конечно же, я навещаю ее. Такова моя внутренняя потребность – поддерживать всячески окружающих.

 

Зинаида Николаевна РЫЧЕНКОВА (Глухова),

председатель совета микрорайона

 

Родилась я в семье рабочих.

У родителей было восемь детей, но выжила только я. Но при этом родители воспитывали меня в большой строгости.

Жили мы в Ленинградской области в небольшом городке Мга.

По соседству находились торфоразработки, и когда началась война жители, в том числе наша семья, убегали туда прятаться. Так продолжалось до тех пор, пока нас всех не сдал генерал Власов. И хотя я в то время была еще очень мала, все же хорошо запомнила, как он с гордо поднятой головой среди других наших военных, шагал в окружении немцев с автоматами.

Потом нам вместе с другими военными и гражданским населением пришлось куда-то долго идти пешком. Родители ничего не говорили куда, может, и сами не знали. Затем нас посадили в товарный вагон, где на полу валялась солома, и эшелон тронулся в путь. Ехали долго. Высадили нас в Митаве (Елгаве). Там немцы на базаре продали нас местным хозяевам. Поскольку я была еще маленькой, то меня работать не заставляли, и я смутно помню то, что тогда происходило. А когда советские войска пошли в наступление, всех русских собрали и привезли в монастырь под Елгавой. После освобождения, родители познакомились с теми, кто жил в Лиепае, приехали в этот город и остались здесь жить.

В Лиепае я училась сначала в 7-й семилетней школе, затем в 4-й. После окончания школы пошла работать телеграфисткой-морзисткой на телеграф. Но эта работа мне не очень нравилась, и я поступила ученицей в ателье моды, находившееся рядом с кафе «Кайя». И уже тогда начала заниматься общественной работой, что мне очень нравилось. И делаю это уже 27 лет.

У меня двое детей и двое уже взрослых внуков. Но они не живут вместе со мной. Муж умер в 2001 году. Но одинокой я себя не чувствую, потому что в обществе ветеранов войны и труда я нашла много друзей, и здесь всегда хватает работы.

Конечно, я бы могла свободное время посвятить шитью, вязанию или чему-то еще, нашлось бы много занятий, которые мне по душе. И так бы, вероятно, поступила, если бы не моя соседка Валентина Шакель. Она рассказала, что есть такая ветеранская организация, и что она уже вступила в нее. Звала и меня. Но вначале я не решалась, а когда осталась одна, подумала, а почему бы и нет. Мне дали телефон Нины Григорьевны Гришиной, которая в ту пору была и председателем микрорайона, и секретарем-казначеем. Активистам нередко приходится совмещать должности, потому что в наших рядах остается все меньше людей, которые еще могут работать. Потом меня выбрали председателем совета микрорайона. На этой должности я уже восемь лет. Всего в микрорайоне у нас 55 человек, но они в основном лежачие, редко кто выходит из дому, поэтому когда Нина Григорьевна Гришина умерла, мне доверили и казначейство. Никто этому меня не учил. И у меня не все ладится с составлением отчетов. Но у меня такой характер – неунывающий, неподдающийся. И чем больше меня ругают, тем сильнее мое желание научиться, справиться.

Дети меня поддерживают. Она считает, что нас и надо ругать, иначе мы работать не будем. Тогда я успокаиваюсь, и с новой силой принимаюсь за дело. Но с годами становится все труднее. Недавно я пережила тяжелую операцию. Три месяца провела дома. А Георгий Степанович все время звонил и говорил, что хватит бездельничать, пора приниматься за работу. И я собралась, взяла себя в руки, пришла в общество и занимаюсь общественными делами.

Имею статус репрессированной.

 

Виктор Иванович ЛАПИЦКИЙ,

заместитель председателя ЛОВВиТ

 

Я – дитя войны. Родился в Москве 19 ноября 1936 года.

Когда началась война, Московский авиационный завод, на котором работал мой отец, был эвакуирован в Казань. А мама с тремя детьми, в том числе со мною, уехала в деревню в Тульскую область, там мы и прожили до конца войны. Жили мы очень голодно, собирали на полях после зимы оставшуюся гнилую картошку, и мама из нее делала нам блины.

Позднее мы перебрались к отцу в Казань. В 1944 году я пошел в школу. Тетрадей у нас не было, поэтому для письма использовали газеты. В Казани я закончил среднюю школу. После окончания школы поступил в радиотехническое училище. В 1957 году его окончил, и меня взяли на службу. Служил в Куйбышевском округе, там и женился.

Военному делу посвятил 35 лет. В отставку вышел в 1985 году в звании майор запаса. Судьба военных не проста, постоянно в разъездах. Не все жены выдерживают, но моя Тамара всегда меня сопровождала, даже когда меня перевели на Север. В начале служил на радиолокационной станции в 140 км от Охотска. Оттуда меня перевели на Шантарайские острова начальником радиолокационной станции, которая в то время только разворачивалась. Довелось мне также служить в Калининграде, а в 1967 году меня перевели Лиепаю.

Здесь прослужил до 1985 года. Мог выйти в запас еще восемь лет назад, но меня не отпускали.

Мы с женой вырастили двух сыновей. Оба они родились 11 февраля и оба выбрали одну стезю – защищать Родину.

После службы работал военруком в 33-м училище, где готовили автоводителей и автослесарей, потом дежурным в школе. Только после этого вышел на пенсию. В свободное время занимаюсь огородами. Их у меня целых три. Люблю землю. Тем, что выращиваю, делюсь с родными, друзьями. Любимую жену Тамару схоронил несколько лет назад. Осталась у меня одна опора – сыновья. Благо младший тоже живет в Лиепае, старший иногда приезжает. Много времени отнимает работа в совете ветеранов войны и труда. Я просто восхищаюсь этими мужественными людьми и очень благодарен им за то, что они есть, поэтому стараюсь помочь, чем могу. А еще я остался верен своему увлечению спортом – тренируюсь в баскетбольной команде ветеранов. И не просто тренируюсь, мы ездим на соревнования в Ригу, Огре, Тукумс и другие города.

Так что, мы хоть и ветераны, но душой не стареем.

В общество ЛОВВиТ попал случайно в 2008 году. Дело в том, что по ошибке год моего рождения был записан 1926. Но это выяснилось несколько позднее. Пришлось помогать ветеранам, Сначала работал в 5-м микрорайоне, а впоследствии стал заместителем председателя общества. В мои обязанности входит организация и проведение разных мероприятий, начиная с конференции ЛОВВиТ, и заканчивая празднованием Дня Победы. Мы отмечаем знаменательные для всего человечества даты, возлагаем цветы к памятнику защитникам Лиепаи в день начала Великой Отечественной войны, а также дни, посвященные окончанию Курской битвы, Сталинградского сражения, снятию блокады Ленинграда, освобождению Украины, Белоруссии, дни Военно-морского флота и Военно-воздушных сил...

Вся тяжесть работы в основном, ложится на плечи председателей микрорайонов, которых у нас семь. Люди эти – немолодые, им уже за 80, но замены им нет. С каждым годом по состоянию здоровья им становится все труднее выполнять свои многочисленные обязанности. К сожалению, на совете правления нам не удалось решить вопрос о привлечении к работе волонтеров. Желающие есть. Так, нашлась женщина, которая согласилась помогать председателю одного из микрорайонов. Но она по статусу не подходит к ветеранам и не может быть членом общества. Тем не менее, этот вопрос надо как-то решать, надо думать о будущем общества, а не дожидаться момента, когда его членам уже не по силам будет какая-либо работа.

В настоящее время огромная нагрузка ложится на плечи председателя общества Георгия Степановича Тарабана. В ноябре этого года ему исполнилось 86 лет. Мы все желаем ему здоровья и как можно дольше руководить организацией, ибо никакой замены ему не видим.

 

На снимке: Александр Алексеевич Соколов, Виктор Иванович Лапицкий, Михаил Васильевич Бельшин, Алексей Тимофеевич Середин

 

Владимир Кузьмич ЛЕОНТЬЕВ,

заместитель председателя совета ЛОВВиТ

 

Родился в январе 1929 года в деревне Мудьюга Архангельской области в зажиточной семье. В 30-е годы семья была раскулачена и вывезена на болота в Карелию.

У сестры муж погиб во время войны с Финляндией. Он был лейтенантом, а брат мамы, которого я называл дядя Ваня, был замполитом. Дороги жизни в Ленинграде. «9 мая 1945 года я встретил на Соловках, где учился в школе юнг. Помню, что построили роту и объявили о Победе над фашизмом. День прошел, как всегда — в учёбе. Ребята радовались, что пришёл конец войне, потому что многие воевали сами и на себе почувствовали ужасы войны», — вспоминает он.

С 1942 по 1945 годы этой школой юнг было подготовлено 4111 специалистов (радисты, рулевые, мотористы, электрики). За годы Великой Отечественной войны в боях за Родину погибло более 1000 юнг. Из школы юнг вышло 12 адмиралов, 10 Героев Советского Союза.

После войны Владимир закончил военно-морское училище в Петергофе и продолжил службу на Балтике, преподавал в Лиепае в школе связи, а затем два года в военном училище в Алжире. В 1976 году вышел на пенсию. Работал диспетчером 29-й электросети, которая обеспечивала электроэнергией воинские части.

В ветеранскую организацию вступил давно. Еще в то время, когда председателем общества был Александр Киреевич Федоренко, Владимиру Кузьмичу доверили обязанности его заместителя. И нынче он также занимает эту почетную и ответственную должность.

В 2005 году представлял ветеранов Латвии в Москве, на праздновании 50-летия Дня Победы, награжден именными часами президентом РФ В. В. Путиным.

Владимир Кузьмич не любит рассказывать о себе и старается свести разговор к шутке, за что его все очень любят. В его обязанности входит работа с молодежью, посещение школ, а также организация различных мероприятий. Конечно, для этого нужно обладать особыми организаторскими способностями. А еще, как признался сам В. Леонтьев, необходимы требовательность, умение донести поставленные советом задачи до остальных членов общества и, конечно же, умение найти подход к людям.

 

Лидия Романовна ЛАЗАРЕВА (Фролова),

председатель совета 6-го микрорайона

 

Родилась в 1933 году на Украине. Кроме меня в семье было еще четверо детей. В 1941 году отец ушел на фронт и там погиб.

Жили мы в селе Кодемо Артемьевского района Донецкой области. В пяти километрах от нас находилась деревня Зайцево. На стыке этих двух селений проходила линия фронта с западной и южной сторон. Нашу деревню постоянно бомбила авиация. Бомбежкам предшествовал штурмовой налет с обстрелом из пулеметов и зенитной артиллерии. Бомбы падали не в цель, а на дома. Горело все село, все было в дыму, лаяли собаки, ревел в сараях скот. Наши солдаты, находясь в окопах и траншеях, не давали прорваться немцам из соседней деревни. Через некоторое время немцам все же удалось прорваться в нашу деревню, но там было пусто. Накануне жителям был дан приказ оставить свои дома и перебраться на другую сторону речки, всех животных и птиц спрятать, чтобы ничего не досталось врагу. Поэтому немцы, после захвата нашей деревни долго в ней не задержались.

Хотя к началу войны мне исполнилось только восемь лет, я хорошо помню, как я, вместе с другими работала в колхозе, помогая маме, когда отогнали немцев. Мы отдавали все свои силы. Нашим девизом было «Все для фронта, все для победы!».

Сейчас я на пенсии, боевых наград у меня нет, только одна медаль в честь 60-летия Победы служит мне наградой за все перенесенное в годы Великой Отечественной войны.

Дел у меня хватает: занимаюсь общественной работой. Была председателем ревизионной комиссии 2-го микрорайона, а сейчас являюсь председателем 6-го микрорайона. В списке ветеранов, проживающих в этом микрорайоне, значится 20 человек – 23 женщины и 17 мужчин. Большинство из них лежачие больные, они требуют особого внимания. Кому-то нужно позвонить, кого-то поздравить с днем рождения, кого-то просто навестить, пообщаться. Во время встреч с другими ветеранами Великой Отечественной войны и с ветеранами труда, мы вспоминаем порой пережитые ужасы и невзгоды, а некоторые эпизоды и сейчас нельзя вспомнить без слез.

Так бывает, когда я вспоминаю, как мы с мамой вытаскивали из окопов раненых солдат. Зима тогда выдалась суровая и голодная. Многие из раненых были сильно обморожены. Мы на саночках привозили их домой, отогревали на русской печи, перевязывали раны, кормили. Жалко было смотреть на молодых солдатиков, как они плакали. Им так хотелось жить. Они были такие молодые, почти дети. Немало из них умерло. Но многие выжили. Они опять возвращались в строй, чтобы бить фашистов.

Поскольку через село проходила линия фронта, то немцы нередко наведывались к нам. Однажды немцы, ворвавшиеся в деревню, у меня на глазах расстреляли женщину-еврейку. Она пряталась в подвале нашего дома. Но полицаи нашли ее. Немцы также хотели расстрелять мою сестру, думали, что она партизанка. Помнится, как мы тогда кричали, стараясь ее защитить. Однажды, сильно обозленные, они ворвались в село и стали сжигать все подряд, вместе с людьми. Не забыть тот миг, когда мы все впятером – мама и нас четверо, умоляли немца, чтобы он нас не сжигал. Нам тогда повезло. Немец смилостивился над нами.

Что придает мне сил? Ветераны, живущие в моем микрорайоне. Я знаю, что я им нужна. А на то, чтобы думать о своих болячках, не остается времени. Ведь я еще состою в Клубе бабушек при 2-й средней школе им. А.С. Пушкина. Там мы вместе со школьниками проводим разные мероприятия и, глядя на них, молодеем. Все это помогает не унывать и сохранять в душе молодость, переносить болезни, которые пришли с годами.

 

Петр Тимофеевич ГОЛУБЕЦКИЙ, 1929 г.р.

 

День Победы я встретил в Песочных лагерях в городе Кострома, где заканчивал школу младших командиров.

На фронт нас не послали, хотя даже переодели в форму. Продолжил учебу в Ленинграде, в учебном отряде и служил в Балтийске. Был рулевым минного прорывателя «Кулой», мы очищали воды Балтийского моря от мин.

В войну старший брат Иван воевал и пропал без вести в сентябре 1941 года, второй брат Андрей погиб в 1945 году.

Петр Тимофеевич рассказал, что после службы более 30 лет проработал на судоремонтном заводе в Лиепае, где ремонтировали военные корабли. Он уже много лет состоит в ветеранской организации, был в числе активистов, занимался организацией культурных мероприятий для ветеранов. Первые встречи мы проводили еще в 1991 году в клубе строителей. Лишь в последнее время Петр Тимофеевич из-за болезни несколько отстранился от дел.

 

Владимир Васильевич МЕЛЬНИК,

председатель социально-бытовой комиссии 6-го микрорайона

 

Родился 13 апреля 1931 года в селе Писаревка Винницкой области Ямпольского района в крестьянской семье Война застала меня в 10-летнем возрасте и заставила рано повзрослеть. Мы с сестрой в течение всей войны находились в тылу и испытали все лишения той поры. Все буквально распределялось по карточкам. Познали мы и голод, и холод. Все заботы по дому возлагались на меня, но главной нашей задачей было учиться даже в военные годы. А было это очень нелегко. Классы не отапливались. Бумаги не было, поэтому вместо тетрадей использовались газеты, на полях которых мы писали. Изучали мы и военное дело. Учились разбирать и собирать винтовки, ходить строем, пользоваться противогазом. Неподалеку размещался госпиталь, в который я ходил вместе с другими одноклассниками. По мере своих сил, мы ухаживали за ранеными. Всех дел, которые выполняли мы, учащиеся с первого по четвертый класс, и не перечислишь. Лозунг «Все для фронта! Все для победы!» распространялся и на нас. Весной я помогал родителям при посадке овощей, картофеля, а осенью во время их уборки. Мы трудились практически наравне со взрослыми. Трудно было, но надежда на победу не покидала нас. И выжить, все вынести помогали вера и любовь к своей стране. Поскольку рабочих рук не хватало, меня посадили на трактор, и пришлось мне стать трактористом в колхозе.

В 1950 году меня призвали в армию. В 1953 году был направлен в Лиепаю на строительство разрушенных войной сооружений, восстановление металлургического завода. За свою работу был удостоен Трудовой Славы. Здесь женился. Мы с женой вырастили двух сыновей, и теперь уже есть внук.

После выхода на пенсию стал заниматься общественной работой. В Обществе ветеранов войны и труда я являюсь председателем социально-бытовой комиссии 6-го микрорайона. Эта работа требует особого внимания к состоящим на учете в нашем микрорайоне ветеранам и отнимает много времени.

 

 

СОДЕРЖАНИЕ